Политика

«Наука должна работать на развитие Севера»

— Александр Константинович, выездное заседание президиума РАН для республики - это серьёзный шаг. Что оно может дать?

— Время меняется. Ещё несколько лет назад мы и предположить не могли, что так всё сложится. А сегодня Арктика заявлена как приоритет государственной политики. По итогам заседания академики выработают рекомендации в адрес федерального правительства, обобщат предложения. Это и есть главный результат.
По ощущению в информационном поле Якутия идёт чуть позади, другие регионы заявляют о себе активнее. Но если смотреть объективно, наша роль здесь должна быть одной из главных. Якутия самый крупный регион страны и крупнейший арктический регион. В арктическую зону России входят девять регионов, и больше половины этой зоны приходится на нас. А по международной классификации арктической можно считать почти всю территорию республики: вечная мерзлота, климат, отдалённость. Так было всегда, так и считалось. Поэтому участие академиков для нас принципиально важно, без науки такие задачи не решить.

— В чём сегодня главный интерес страны к Якутии?

— Прежде всего в ресурсах. И это не только углеводороды. Это алмазы, золото, редкоземельные металлы, на которые сейчас большой спрос. Через нашу территорию прошли «ВСТО» и «Сила Сибири», подготовлен проект строительства транспортного коридора — с юга, от границы с Китаем до Северного Ледовитого океана. Это уже не глухая периферия, а одно из ключевых направлений для страны.

Добавьте к этому санкции и геополитику. Мир в какой-то степени делится, центр тяжести смещается на восток, к Юго-Восточной Азии, к Китаю. И в этих условиях восточный и арктический вектор развития России выходит на первый план. Я ещё в одной из своих статей писал: у нас есть исторический шанс. Россия ведь всегда думала на будущее. Даже в войну думали о Северном широтном ходе, о Северном морском пути. Сейчас это снова в актуальной повестке.

— Заседание РАН логично выводит на тему науки и кадров.

— А здесь у нас сильная позиция. Институты мирового уровня: мерзлотоведение, космофизика. Больше десятка крупных научных подразделений. Иностранцы удивляются, сколько их у нас. И молодёжь талантливая, одарённая.
Я считаю, Якутск должен стать центром Арктики мирового уровня. Не просто к юбилею, а по сути: научный, образовательный, культурный и духовный центр арктических народов. База для этого есть, работает сеть арктических школ. Многие способные ребята уехали, айтишники в том числе. Их надо собрать обратно, под крыло университета, под крыло Арктического научного центра. В Америке есть Кремниевая долина, а у нас будет своя. Наши ребята не хуже. Сегодня весь мир смотрит, как работает Илон Маск. Так вот, наши поработали бы не хуже, было бы где приложить силы.

Раньше людей завозили со всей страны, по комсомольским путёвкам, из Украины, из Белоруссии. Сегодня такого нет, надо опираться на свои кадры, на свои мозги. У нас Мамонтовый центр, криохранилище, возможности огромные. Учиться можно у Китая, Южной Кореи, Японии, это всё рядом. Делать ставку на искусственный интеллект, на IT. Татары в своё время к тысячелетию подняли Казань. Мы к четырёхсотлетию тоже должны сделать серьёзный прорыв.

«Будущее Якутии начинается с дорог»

— Вы давно говорите о мосте через Лену и о новых железных дорогах. Почему это настолько важно?

— Без этого экономика буксует. Смотрите, как устроена республика. Есть Южная Якутия, более развитая: уголь, металлургия, «Селигдар», золото Алдана, энергетика. Есть Западная Якутия с Мирным и алмазами, а в последние годы в Ленске нефть и газ, Чаяндинское, Талаканское и другие месторождения. Есть Центральная Якутия, которая сегодня резко выделяется. Но между собой эти части толком не связаны. Моста нет.

А это уже тормоз. Представьте бутылку, у которой сужается горлышко. Вот так и здесь, всё упирается в переправу.

В двадцать первом веке такого быть не должно. На всех крупных реках России, на Амуре, на Енисее, по нескольку мостов. А у нас, при всех объективных условиях, ни одного через Лену. Дорога почти дошла до Китая, осталось несколько километров и мост. Это уже не фантастика. И до Магадана дорога давно была бы построена, сохранись Советский Союз.

В своё время построили Транссиб, потом БАМ. Тогда тоже многим казалось, что это невозможно. А построили. Значит, и сейчас надо просто браться за дело, а не откладывать.

— Остаётся ещё арктический северо-восток республики.

— Это самое больное. Депутатский, Верхоянье, Оймякон, там богатейшие месторождения. Когда-то работали Депутатский ГОК, Батагай, Тикси. Но в период развала Советского Союза север фактически забросили. Это была ошибка, и обошлась она дорого. Сейчас его надо возрождать. Север это не обуза, это будущая опора экономики.
Энергетику тоже придётся решать заново. Когда-то планировали гидроэлектростанцию на реке Адыча в Верхоянье, это было бы самое дешёвое электричество. Сегодня другие возможности: малые атомные станции, в том числе плавучие. И железная дорога от Хандыги на Найбу в Булунском районе с выходом дальше. Но делать это надо уже не так, как в советские годы. С учётом экологии, на современных технологиях. Главное, подходить к северо-востоку комплексно, а не латать дыры. Возможности для этого есть.

Ресурсы есть, нет инфраструктуры

— Звучит вдохновляюще. Но как это реализовать в нынешних экономических условиях?

— Раньше люди ехали сюда за зарплатой, за длинным рублём, по комсомольской линии. Сейчас всё иначе, к нам идёт крупный бизнес, и с ним надо выстраивать отношения по-новому.

Начну с главного. Якутия по большому счёту не должна быть дотационной. Когда мы в своё время считали финансовый баланс республики, по расчётам к тридцатому году бюджет должен был стать профицитным. Экономика у нас экспортно ориентированная: алмазы, золото, нефть, газ. По алмазам ударили санкции, зато золото подорожало. Значит, налоговых поступлений должно быть больше, а налоговую базу надо жёстко контролировать. Республика, дающая столько сырья, по определению должна иметь крепкий бюджет.

С крупными предприятиями надо работать в рамках закона. Президент прямо говорит: крупных недропользователей надо привязывать к регионам. «Газпром» в Питере, нефтяники в Тюмени. И в Якутии этот вопрос пора ставить так же серьёзно, недропользователей у нас много.

Есть и перекосы. Чтобы развивать Дальний Восток, многих освободили от налогов через территории опережающего развития. Но крупное угольное предприятие в статусе резидента ТОР это неправильно. ТОР изначально задумывался под новые технологии, под глубокую переработку, под IT. А получилось, что часть предприятий просто ушла от налогов. Градообразующие предприятия должны помогать территориям. Когда я работал, АЛРОСА давала пятьдесят, шестьдесят процентов бюджета. Сейчас картина другая, и экономический механизм надо пересматривать всерьёз.

Отдельная тема, я ведь специалист по социально-трудовым отношениям, работал министром труда. Северные коэффициенты и надбавки придумали ещё в советское время. Своё стимулирующее значение они отчасти утратили, государству пора их пересматривать. И жильё. Республика давно ставила вопрос о сносе ветхого и аварийного фонда. Чем суровее климат, тем благоустроеннее должен быть город. Тогда молодёжь будет оставаться. Это вопрос не только стройки. Это вопрос, останутся здесь люди или нет.

— А что, кроме сырья, может стать новой точкой притяжения?

— Туризм. У нас уникальное преимущество, вечная мерзлота. Можно развивать экологический туризм. Те же китайцы любят природу, экзотику. Есть теплоходы, можно возить людей, показывать северное сияние. С выходом к морю, на Магадан, на Китай, у Якутии появляется совсем другой вектор.

И конечно, Ысыах. Такого праздника больше нигде в мире нет. Люди приезжают, получают благословение, кланяются солнцу, природе. У нас очень сильный нравственный и культурный код. Сейчас главное его не растерять, а наоборот, опереться на него. Вот это Арктика нам и даёт, такую возможность.

«Без государства Арктику не поднять»

— И всё-таки, кто всё это должен строить?

— Базовую инфраструктуру, в первую очередь, государство. Не субъект. Так было везде. В Китае дорогу провели до Тибета, в Америке строили железные дороги, в Германии автобаны. Север без дорог развиваться не может. Навигация три, четыре месяца, остальное автозимники. Если государство думает о будущем, дорогу до Магадана оно построит. Технологии сегодня позволяют, как на Аляске. Та же трасса на Магадан уже асфальтируется.
Что-то можно сделать через государственно-частное партнёрство, как Тихоокеанскую железную дорогу. Но авиацию, крупную энергетику на севере поднимет только государство.

Государственный протекционизм в Арктике обязателен, без этого никак. Транспортные коридоры, морские порты сами по себе не появятся.

Это должна быть серьёзная, продуманная государственная программа. По масштабу как освоение космоса. И не текущая, а долгосрочная, на десятилетия. За год, за три, за пять лет тут ничего не сделаешь. Другого пути просто нет.

Фото пресс-службы Ил Тумэна