В Ил Тумэне

Требование времени

В 1992 году принимался закон, страна жила в другой эпохе. Только что распался Советский Союз, формировалась страховая медицина, на федеральном уровне базового закона о здравоохранении еще не было. Тогдашний созыв Ил Тумэна, по сути, закладывал в документ собственное видение того, как отрасль должна работать в условиях северного субъекта.

С тех пор сменилось все. Появился 323-й федеральный закон, который очертил полномочия регионов. Возникли мобильные бригады, телемедицина, программы информатизации.

Лекарственные средства в 2021 году вошли в номенклатуру северного завоза. На республиканском уровне работают порядка девяти законов в сфере здравоохранения, у каждого своя финансовая часть и расходные обязательства. А базовый документ остается прежним.

«Закон 1992 года имеет свое историческое значение, но наступило другое время, изменилось очень много в самой организации здравоохранения», — открыла совещание председатель постоянного комитета Ил Тумэна по охране здоровья Светлана Давыдова.

По ее словам, республика идет к новой редакции осознанно. Анализ действующего законодательства проводился еще при формировании бюджета 2026 года, и тогда же стало понятно: документ требует не правок, а пересборки.

Отличия

Принципиальная установка рабочей группы звучит так: республиканский закон не должен дублировать федеральные нормы. Эту позицию отдельно проговорила представитель государственно-правового управления Ил Тумэн. Логика простая: если тот или иной вопрос уже урегулирован 323-м федеральным законом или законом об ОМС, переписывать его в региональный документ значит создавать имитацию работы и брать на бюджет республики обязательства, которые на самом деле финансируются из федерального бюджета.

Территориальные особенности

Что должно остаться за республикой? Территориальная специфика. Климат. География. То, чего нет ни в одном другом субъекте.

«Наш закон должен иметь свою территориальную особенность, климатическую особенность, такую, которая бы вообще была непосягаемая никаким другим законом», — сформулировала Давыдова. Из этой установки и вырастает структура нового документа: он не повторяет федеральный закон, а прицельно закрывает бреши там, где Якутия отличается от средней полосы.

Подход, конечно, спорный внутри самой рабочей группы. Часть участников считает, что некоторые ключевые направления нужно прописать конкретно, не оставляя их на откуп подзаконным актам. Это следовало из выступления народного депутата Ивана Луцкана: «На мой взгляд, закон должен четко распределить попунктно все наши направления. И научную работу, и школьную медицину, и работу по детям, профилактическую часть. Иначе она теряется на уровне правительственных документов».

Болевые точки

Лекарства и северный завоз. Самая чувствительная тема. Действует еще постановление правительства РФ 1994 №890, которое давно не соответствует реалиям. «Если подойти к четкой реализации этого нормативного акта, нам никаких средств государственного бюджета не хватит», — констатировал Луцкан. И при этом расходы растут, а жалоб не становится меньше: добавляются больные сахарным диабетом, расширяется выявляемость, обновляются схемы лечения.

Еще острее картина с Арктикой. Лекарства с 2021 года включены в номенклатуру северного завоза наравне с продуктами и горюче-смазочными материалами. Но механизм финансирования завоза до арктических и труднодоступных территорий до сих пор не разработан. Представитель Минздрава предложила прописать этот механизм прямо в законе. И заодно использовать новую возможность: с 1 сентября 2026 года федеральный закон №61-ФЗ в пилотном режиме разрешит передвижную розничную торговлю лекарствами через аптечные пункты. Для региона с 13 арктическими районами это потенциально работающий инструмент доступности.

По предложению представителей мединститута СВФУ в проект закона нужно вписать развитие санавиации с конкретикой: специализированные вертолеты, реконструкция посадочных площадок, в том числе с возможностью ночного приема воздушных судов. Иван Луцкан добавил к этому совмещение санрейсов с реэвакуацией пациентов и доставкой медицинских грузов: «Зачем эта вся катавасия с бумажками, когда не проще ли сразу узаконить в законе? И вопрос из Счетной палаты по целевому использованию средств отпадет».

Школьная медицина

В проекте обозначена одной фразой как полномочия органов здравоохранения. По мнению депутатов, тема заслуживает отдельного блока с подключением системы образования. Депутат Афанасий Постников отдельно предложил прописать контроль уровня сахара в детском питании.

Народный депутат Ольга Горюнова обратила внимание на категорию, которая выпала из системы соцвыплат. Это сотрудники бюджетных организаций: отделений переливания крови, наркологической, психиатрической, противотуберкулезной служб. С 1 января 2026 года к ним добавилась паллиативная помощь. На примере отделения сестринского ухода Нерюнгринской ЦРБ, где 30 коек предназначены паллиативным пациентам, депутат показала: своих штатных сотрудников там нет, работники терапевтического отделения совмещают, потому что соцвыплаты на это направление не идут. А речь о 50 тысячах в поселениях для врача и 30 тысячах для среднего медперсонала — сумма, которая решает.

Полномочия муниципалитетов и нецелевое использование средств. Председатель Якутской медицинской палаты, главный врач городской больницы №2, депутат Якутской городской думы Саргылана Васильева напомнила прецедент: Контрольно-счетная палата признала нецелевыми расходы муниципалитета на дезинфекцию очагов туберкулеза и вакцинацию по программе «Здоровый город». Около полутора миллионов рублей. Чтобы такие ситуации не повторялись по всей республике, медицинская палата республики предлагает прямо прописать в законе расширенный перечень мер по профилактике заболеваний и формированию здорового образа жизни на муниципальном уровне.

Ведущий юрисконсульт Национального центра медицины Наталья Максимова рассказала о доработке статьи о генофонде народов республики и о подготовке к созданию биобанка в рамках стратегического указа главы Якутии №117. Здесь же возникает связка с действующим законом о генетических заболеваниях, в который тоже нужно вносить изменения.

Что дальше?

В ходе обсуждения прозвучала и более радикальная позиция — вынести на обсуждение принятие фундаментального закона со стратегической перспективой на 20-30 лет либо оставить действующий, не размениваясь на промежуточные версии. «Принимать закон, который не решает ни одной из проблем здравоохранения, значит вносить правовой хаос», — высказала свое мнение одна из участниц заседания.

Первый заместитель министра здравоохранения Дмитрий Сергин с этой логикой согласился. По его словам, документ определит дальнейшее развитие отрасли на годы вперед, а значит, по каждой статье нужно серьезное финансово-экономическое обоснование. По поручению Сергина в рабочую группу войдут специалисты Минздрава, Минтранса и Министерства цифрового развития.

До 22 мая участники направляют итоговые предложения. 14 мая комитет утвердит уточненный состав рабочей группы. Дальше — общественные слушания на трех площадках: в Общественной палате Якутии, Медицинской палате республики и в Ил Тумэне. И только после этого закон выйдет на первое чтение.

Что в итоге должно получиться? Документ, который не повторяет федеральный, не подменяет постановления правительства, но закрывает то, что не закроет ни один другой закон. Лекарства, которые дойдут, например, до Андрюшкино, на самом краю Якутии. Санитарный рейс, который не упрется в бумажки Счетной палаты. Школьную медсестру, которая не растворится между двумя ведомствами. Земского доктора в Арктике, который получит доплату не вопреки системе, а благодаря ей. Именно ради этого, собственно, переписывается закон 1992 года.

Фото Василия Кононова